Коррекция психики или поведения — Кинология. Всё о собаках и хозяевах

Может показаться, что нет особенной разницы между обычным общим курсом и коррекцией.

Хотя разница есть и весьма существенная – общий курс работается по некоторым непреложным правилам с поправкой на индивидуальные особенности собаки.

Начинается работа с недрессированным животным, то есть – с чистого листа. Но, как правило, перед тем, как позвонить профессионалу, люди начинают учить своего питомца сами. Смотрят комиссара «Возвращение Мухтара» и начинают объяснять собаке свои желания и очень обижаться, когда собака вежливые просьбы хозяина просто игнорирует.

В итоге кинологу достается животное с закрепленными нежелательными связями, которое ничего не делает и не желает делать.

Тут речь идет уже о коррекции поведения, если наработаны нежелательные ассоциативные связи с командами, либо – о коррекции психики, если горе – дрессировщики с избыточным рвением вколачивали в собаку послушание. Или – такое тоже бывает – развивали агрессивность.

Каждый конкретный случай требует особого подхода, поэтому останавливаться и тем более давать советы в данной работе не представляется возможным.

Кроме собак, испорченных неумелой работой хозяев, в коррекции психики нуждаются многие представители так называемых рабочих пород.

Я уже говорил, что многие породы выведены человеком для пользовательских целей, с постоянным и многолетним выделением особей с конкретными чертами характера. У ньюфаундлендов и сенбернаров требовались и ценились тонкий нюх, сила, густая шерсть и доходящее до крайней степени добродушие – замерзающий или тонущий человек в своих поступках непредсказуем.

У гончих собак и борзых, допустим, уничтожались особи, во время травли по зверю переключившиеся на человека. Во‑первых, это грозило неприятностями с соседями‑помещиками, во вторых – охота‑то оказывалась сорванной. Для травли крепостных крестьян, о которой так любят травить байка некоторые собачники, существовали здоровенные цепные кобели – меделянские собаки и просто дворня.

То есть от этих пород агрессии по человеку ждать не приходиться. Совсем иная ситуация с норными собаками. Такс, допустим, которые кусали людей, из работы и разведения не исключали, справедливо полагая, что нечего чужим протягивать руки. В норе же, понятно, людей не встретишь и переключаться не на кого. Поэтому хозяева такс по покусам занимают первые места. Кроме не очень подходящих для жизни в городе черт характера, которыми обладают таксы, никто, как правило, не занимается дрессировкой этих собак. Уж больно несерьезно они выглядят.

И если у собак, выведенных именно для служебных целей, кроме агрессивности, отрабатывались такие качества, как уравновешенность, способность быстро успокаиваться и не терять головы не при каких ситуациях, то в случае с охотниками ничего подобного не происходило. Просто потому, что в такой селекции не было нужды. Ценилась способность таксы, ягдтерьера или фокстерьера включаться в работу моментально, ценились бесстрашие, упорство, мертвая хватка и истерия в работе.

Если речь вести все о тех же таксах, то множество людей поняли, как ошиблись, заведя опасного зверя вместо комической шавки после того, как руки уже были порваны.

Конечно, общая тенденция к сглаживанию породных особенностей под общий, серый стандарт видна и здесь.

Выставочные, декоративные линии такс ничем не отличаются от популяций никчемных комнатных собачек. (Приношу свои извинения владельцам мопсов, чихуа‑хау, карликовых пинчеров и прочих. Все собаки, на мой взгляд, преданные, забавные, достойный любви и уважение существа.)

Но если в руки непрофессионала попадется собака рабочей линии, то проблем ему будет больше, чем хотелось бы.

Кроме такс, которые с одинаковым упоением рвут обои, сапоги, стулья, линолеум, человеческие руки или лисий мех прямо на его обладательнице, есть еще одна сравнительно молодая и только‑только начинающая приобретать популярность порода. Порода, обладающая точно такими же качествами, как и такса – то есть агрессия, проявляющая в равной степени как на животных (что диких, что сельскохозяйственных) так и на человека.

Судя по описаниям возникновения породы – короткошерстых собак с гребнем волос, растущих против общего направления, на спине – они использовались как при облаивании и задержки дичи, так и для травли бунтующих африканцев.

И в том, и в другом случае от животных требуется выделение и закрепление совершенно особенных качеств – моментальное, истеричное включение в работу, продолжительное напряжение всех сил, стрессоустойчивость.

То есть выводились собаки с особенными качествами, главное из которых – высокий уровень энергии, обусловленный избыточным выбросом гормонов и необходимость в разрядке.

Этими качествами обладают все без исключения рабочие собаки – и если с классическими охотниками выход только один ( физическая активность, граничащая с перегрузками, до изменения со временем гормонального баланса) так как они совершенно равнодушны к человеку, то с теми риджбеками все гораздо сложнее.

То есть лайка или сеттер, который начинает нервничать, успокаивается после десяти километров и не обращает лишнего внимания на собак, а уж людей просто игнорирует.

Для риджбека человек не просто деталь окружающего мира, не достойная, в общем‑то, внимания, а такой же представляющий опасность объект, как волк или лев, допустим.

На моей практике семимесячная сука риджбека (привезенная к нам из ЮАР. Кстати, есть заметная разница между разными линиями одной породы – собаки, привезенные к нам с Запада, по спокойствию и доброжелательности могут дать сто очков вперед иному представителю крупного рогатого скота. В Африке же сохраняют популяцию рабочих собак) бросалась на людей и рвала одежду. Делала она это, смею вас уверить, не в игре. Кобель же, приходящийся ей братом, был гораздо спокойнее – но это проявлялось только в том, что он не рвал одежду. Он мог просто прыгнуть передними лапами на плечи прохожему и спокойненько его завалить.

Я сам чуть было не поплатился здоровьем за излишнюю свою доверчивость. Кто виноват, что не было у меня в работе семимесячных щенков, которые кусали руки при первом же знакомстве. Сука щелкнула зубами и только наработанная годами привычка сохранила мою кожу от пробоин.

Так вот…выход был один – направить энергию, высокую энергию рабочих собак в нужное русло. Этим мы и занялись, и через шесть занятий собаки вели себя спокойно на улице и на меня, подозрительного дядьку, бросались только тогда, когда видели на моей руке защиту. В остальное время я мог стоять рядом и спокойно беседовать с хозяевами…

Закончились занятие обидно для меня, как для специалиста – хозяин позвонил кому‑то из клуба и спросил, а правильно ли то, что семимесячных щенков натаскивают на злобу, растравливают.

В клубе, насколько я понял, началась форменная истерика – как же, из миленьких домашних существ какая‑то неграмотная сволочь делает зверей!!

Была у меня мысль взять палку и показать, что значит растравка собаки, что значит делать из собак зверя, который рвет все, что оказывается в пределах досягаемости, и чем такая примитивная растравка отличается от коррекции психики.

Кстати, телефон кинолога, который не может отличить одного от другого, мне, к великому моему сожалению, не дали. Разговор со специалистом подобного уровня, я думаю, был бы любопытен. Хотя, может быть, он оказался жертвой не слишком умного и слишком недоверчивого клиента…

Семимесячных щенков, естественно, не стоит натаскивать по курсу охраны, это бесспорно, но если тот же семимесячный щенок бросается на людей не в виде игры – требуется вмешательство, причем вмешательство срочное. И если нет возможности нагружать собаку до дрожи в лапах и каждый день нагрузки увеличивать, если нет возможности (опять же – под присмотром профессионала) знакомить щенка с сотнями различных ситуаций, лучше дать ему пару раз в неделю работать челюстями.

У меня было три собаки, которые проявляли нешуточную агрессию в возрасте семи месяцев – как раз в это время меняются зубы и в организме происходит гормональная буря, и агрессивность, которую можно успешно купировать, способна перерасти в фобию.

Все три собаки, после коррекционного курса, стали социально приемлемыми, а впоследствии, в расцвете сил, показали великолепные рабочие характеристики.

Повторяю – при наличии излишней агрессивности у собак в период полового созревания допустимо вводить элементы охраны. Но – строго дозировано, основной упор делая на выдержку рядом с дрессировщиком, направляя агрессию на конкретную вещь – защитный рукав. Цель занятий – не растравить, а успокоить, как бы странно это не звучало.

То есть – под понятие коррекция психики подходит практически любые отклонения от некоего стандарта поведения. К примеру – нормальная собака должна с любопытством относиться к незнакомым людям и собакам, не боятся громких звуков и оживленного движения, интересоваться метками и игнорировать всякие уличные отбросы, спокойно следовать за хозяином в любое место в городе и за его пределами.

Собачьи драки – если имеет место обычная половая агрессия – не являются отклонением от нормы, так как обусловлены природой. А частота и агрессивность этих схваток зависит лишь от физической формы и уровня гормонов в крови.

Если, к примеру, собака боится зайти в подъезд, шарахается от машин и троллейбусов, устраивает истерики при взрывах и выстрелах петард, рвет в клочья – будучи на поводке – любое приблизившееся животное, может неожиданно искусать хозяина при любой нестандартной ситуации, лает исключительно на мужчин или, допустим на детей – можно говорить о развившейся фобии.

Большинство фобий, в принципе, можно искоренить и вылечить, используя замещение слабого раздражителя сильным и положительным, или переноса агрессии ( если речь идет о ней) на один объект и закрепления этой ситуации.

Схема агрессивных фобий достаточно проста. Испуг собаки – как правило, молодой – переходит в защитную агрессию, которая, не будучи замеченной и вовремя исправленной усиливается и, будучи мощным возбудителем, постепенно вытесняет все другие воздействия. То есть если щенок облаял от страха встреченного в подъезде человека – то впоследствии он будет швыряться на всех, кто попался на пути из квартиры на улицу, с каждым разом становясь все менее и менее управляемым.

Охрана – требования и возможности

В принципе, каждый человек, заводящий собаку среднего размера или больше, явно или тайно рассчитывает на ее защиту в случае опасности – а такие случаи в наших городах последнее время случаются все чаще и чаще. Другое дело, что в силу вступают убеждения, которые довольно широко распространены у невежественной в этом вопросе публики. К примеру, некоторые считают, что для охрану собаку не тренируют, а растравливают, что, подготовленная таким образом, она представляет опасность не только для возможных агрессоров, но и для членов семьи, просто прохожих и даже для других собак. То есть выходить на прогулку можно будет только одев намордник, строгий ошейник, да еще на всякий случай удавку. При виде любого живого существа ближе трех метров растравленная собака будет вставать на дыбы и захлебываться собственной пеной от ярости.

Что тут скажешь… до такого состояния собаку может довести любой, решивший подзаработать подросток. Ничего сложного тут нет и хвалиться, тем более, нечем.

Это просто одна из крайностей того курса, который по старинке называется ЗКС, то есть защитно – караульная служба, если еще точнее – та его часть, которая является защитой. К такой крайности склонны доморощенные дрессировщики, экономные любители бойцовых собак, которые натаскивают питомцев друг друга и этим гордятся.

К другой крайности можно отнести многие проявления площадочной дрессуры и заполонившие страну новомодные течения вроде аджилити или ИПО. Сразу хочу оговориться, что ничего принципиально плохого в этом нет. Собакам дают ощутимую физическую нагрузку, прекрасный тренинг, способность слушаться хозяина на порядочном расстоянии… даже кусать за рукав дрессировщика. Выше я уже об этом говорил, но все же повторюсь коротко. Ничего плохого в этом нет, ничего хорошего, впрочем, тоже. Собаки, прошедшие этот курс, не являются рабочими собаками, как это не печально. Они не отличаются от западного стандарта, который довольно бездумно насаживают нам некоторые кинологи. Жизнерадостные, благожелательные, уравновешенные, активные. Неспособные ни к каким самостоятельным действиям, не нуждающиеся в выбросе того огромного количества нервной энергии, который постоянно требуют рабочие собаки. Жизнерадостные игрушки, по сути своей стоящие ближе к кастратам, нежели к способному на энергичные действия охраннику.

Девяносто процентов поступающих к нам с Запада собак – нерабочие, требовать от них чего‑то, помимо беготни за апортом, просто глупо. Отчасти этому виной своеобразное отношение к собакам – любая собака бойцовых пород, к примеру, или любой метис с волком – неважно, в каком поколении, при содержании у частного лица кастрируется. Точно так кастрируется любая собака, проявившая агрессию по человеку. Даже вполне рабочие породы, или метисы, используемые в полиции, обучаются для задержки преступника довольно интересно – сначала они сидят и скалят зубы до тех пор пока не прибудет наряд. Собственно говоря, любой умный преступник за это время может найти способ, чтобы собаку обезвредить. Но даже если он не умный а пугливый и предпочтет побег созерцанию страшных клыков, риску он себя в этом случае не подвергнет. Западные собаки фактически не работают по живому телу. Возможны только случайные щипки, которые болезненные, но и только. Собаки хватают за одежду, тянут, рвут ее, но преступника не трогают.

Вот так.

Если уж говорить о рабочих собаках, то отличную популяцию продолжают поддерживать питомники МВД, хорошие рабочие качества показывают линии Белорусских производителей, если родезийские риджбеки – то африканского разведения, ни в коем случае не американского. Бойцовых собак – неважно, откуда они – испортить пока что не смогли, при умелом воспитании они остаются одной из самых эффективных в работе пород. Боксеры, доги, доберманы, все виды шнауцеров постепенно теряют популярность – а рабочие качества в у большинства представителей потеряны уже давно.

Не будут работать по человеку с должным азартом и эффективностью все охотничьи породы, связанные с преследованием, поиском, облаиванием. Норные собаки по человеку работают хорошо, но все‑таки, извините, какой защитник из таксы? При всей ее истеричности, бесстрашии и готовности к мертвой хватке?

Если вы все же хотите – и имеете возможность – выдрессировать себе надежного защитника, стоит подумать о том, каких именно действий вы от него ждете. Дело в том, что у большинства людей, которые первый раз приобрели собаку, понятие о защите формирует телевидение. Все эти показательные выступления, когда собака догоняет одетого в открытый рукав фигуранта, вцепляется в него и висит, жмуря от удовольствия глаза. Иногда кинологи рукав отдают – и собака с обиженной мордой протягивает им его обратно. Кроме того, возле глаз собаки свистит гуттаперчевая дубинка. Свистит зря, поскольку собака не делает никаких попыток уклониться от оружия, которое в реальной жизни может причинить увечье и даже смерть. Снимают собаку с рукава по‑разному – либо она все‑таки отдает рукав по команде хозяина, либо рукав отдают ей, и потом разжимают челюсти при помощи металлических клиньев и так далее. Я много раз видел по телевизору выступления различных кинологических клубов – называть их, конечно же, не буду – и по сути работа идет однообразная. С небольшими не принципиальными отклонениями, но преследующая одну и ту же цель – дать собаке физическую нагрузку и провести шоу, которое соберет как можно больше зрителей.

Сами кинологи, которые месяцами гоняют собаку по полю, обучая отыскивать и облаивать фигуранта, понимают, что это не работа – но мода есть мода, да и жить на что‑то надо. Для себя и своих друзей собак они готовят с некоторыми существенными отличиями.

Давайте разберемся, как поведет себя необученная собака при нападении на хозяина, к примеру, компании пьяных подростков. Восемьдесят процентов собак, не зависимо от породы, будет бегать кругами и облаивать. Еще десять процентов просто убегут. Оставшиеся шесть процентов сделают опасливые, дворняжьи хватки клыками за то, что подвернется. То есть за тыльную сторону ног, ягодицы или кисти. И только четыре процента нанесут мощный укус – такой, которые сразу выведет одного человека из строя и остановит остальных. Четыре процента из ста – сами видите, что это не много. Причем, как я уже сказал, порода собаки без соответствующего обучения роли не играет.

Далее – как в такой же ситуации себя поведет собака, прошедшая так называемый курс ЗКС на площадке, собака средней злобности, но работающая по фигуранту вполне уверенно?

Конечно, услышав команду и почувствовав характерное для любого скандала напряжение, она пойдет в атаку так же, как делала это на площадке. Но любая уличная драка отличается от работы самого хорошего инструктора отсутствием защитного рукава и, естественно, нежеланием получать укусы. Иногда горячий народ при виде собаки остывает и застывает неподвижно. Собака обычно не срабатывает по замершему человеку без рукава – хотя в рукаве она бы работала преемственно. Иногда нападающий, которому наплевать, кого бить, встречает собаку хорошим ударом ноги или ножа. Тут уж исход схватки ясен – собаки вовсе не такие непобедимые монстры, как кажутся, и легко выводятся из строя. Иногда собака кусает, несмотря на то, что привычной защиты не видит, человека за руку, но, опять же из‑за отсутствия привычного рукава хватку дает робкую – и, не вырубив человека сразу, попадает под тот же удар ноги или ножа, или бутылки, или камня, или молотка.

При неправильной работе бывают ситуации, способные привести хозяина на скамью подсудимых – когда угроза человеку не сравнима с увечьями, которые нанесла рассвирепевшая собака. Не надо думать, что собачий укус – это две дырки и синяк. Обученный пес может за секунды нанести такие раны, которые погружают в болевой шок человека в любом состоянии – хоть пьяного, хоть под воздействием наркотиков. К слову, кости рук даже крупного мужчины перемалываются собачьими зубами так же легко, как мы ломаем палочки от мороженного.

Если хозяин не может отозвать собаку от человека уже поверженного, уже потерявшего сознание от боли или просто затихшего, чтобы больше не получать укусы – он сам становиться преступником. Бывают и другие крайности – собака рвет человека, который уже представляет собой, извините, труп, а в двух шагах от нее дружки покойного насилуют хозяйку. Бывают ситуации почти смешные, если бы не грустные последствия – атакующей собаке кидают палочку и она бежит, забыв про то, что надо защищать хозяина. Когда она возвращается с апортом, дело уже обычно сделано.

Что в идеале требуется от рабочей собаки? (я говорю про реальную работу, а не про выставочное шоу)

Решать, в каком случае что делать – причем отличать дружеское похлопывание по плечу или страстное объятье от удара в челюсть – и работать без команды, которую хозяин, бывает, не способен произнести. Работать по команде хозяина по наиболее близко расположенному объекту, который не проявляет внешних признаков агрессии – то есть спокойно достает из кармана нож или ствол. Моментально включаться в обоих этих случаях и сразу наносить мощную хватку, такую, чтобы сразу прекратить опасные действия. Если человек выключился или сделал вид, что выключился, не кусать, а просто контролировать его поведение, не отходя далеко ни от него, ни от хозяина. Если фигурант – все‑таки будем называть нападающего так – не один, то нанести выключающий укус напавшему и сразу переключится на остальных. Если же они не проявляют агрессию, то просто контролировать ситуацию.

Не зацикливаться ни на защите, ни даже на руке – рукавов, конечно, при реальном нападении никаких не будет, но и руки бандиты, поняв, в какую переделку они попали, могут убирать, даже прятать за спину. В этом случае собака работает по тому месту, которое в данный момент оказалось ближе всего. Причем работает, естественно, в полную силу. Так что даю добрый совет бандитам – лучше отделаться перекушенной рукой, которая срастется через пару месяцев, чем остаться без мужского достоинства или с вырванным кадыком.

Собака не должна убегать от хозяина больше, чем на несколько метров – стометровые кроссы и прыжки на загривок хороши для пограничных овчарок, но в городе может произойти агрессия переключения – когда собака потеряла преследуемого человека из виду и в азарте хватает постороннего, но просто похожего. Кроме того, в этом случае она оставляет хозяина без охраны.

Естественно, что животное должно спокойно относиться к бегунам, прыгунам, спортсменам, машущим руками, велосипедистам – если только они с разгона не врезаются в хозяина.

При этом собака должна работать в любых условиях – на улице, в подъезде, в дверях магазина, при попытке спрятаться в машине. Если же нападавший успел затеряться в толпе, то животное, конечно, лучше отозвать. Выборка – что вещи, что человека – не в компетенции частного лица.

Кроме того, рабочую собаку можно снять с нападающего одним голосом, можно даже остановить – голосом же – случайно спровоцированное нападение. Бегун, допустим, вылетел из‑за угла и столкнулся с хозяйкой. Правильно сработавшая собака должна быть остановлена во время броска.

Прикладная охрана

Если первые занятия в прикладном послушании нужны для установки контакта между собакой и дрессировщиком, выяснении проблем и путей их устранения, то в прикладной защите все, на первый взгляд, проще. Выяснить, может ли собака стать надежным защитником или нет.

Тут стоит сделать небольшое отступление и разобраться, почему вообще некоторые собаки имеют склонность к защите человека? И почему это склонности нет, например, у крыс, хомячком или кошек? Или лошадей?

Объяснение корениться в той же причине, по которой собаки вообще живут рядом с нами, получая от этого массу пользы и удовольствия – в стайности. И люди, с собаки являются, по сути, социальными, стайными животными. Для собак и волков стая – это единственный способ выжить в суровых условиях зимы, и тем более единственная возможность справиться с добычей, в десятки раз крупнее их самих. То есть способность собираться в стаи и охотится на крупную дичь – одна из основ работы по человеку.

С другой стороны существует множество ритуалов, предназначенных для бескровного решения конфликтов внутри самой стаи. Эти ритуалы имеют силу законов и нарушившие их обречены на изгнание, и скорее всего – гибель. Про них тоже можно написать отдельное исследование – но здесь у меня другая цель.

Собака, защищающая хозяина, не шутит – это ясно и тем, кто нападет, и самому владельцу. То есть мы имеем дело с агрессивностью, агрессией. И поскольку агрессия не является каким‑то привнесенным качеством, следовательно, она заложена в собаках изначально и должна преследовать определенные цели.

И это так. Агрессия – краеугольный камень, на котором основано существование любого вида, особенно сложноорганизованных хищников. Итак, существует – пищевая агрессия – любая особь защищает свою часть добычи, отдавая ее только доминирующему животному своего вида.

Половая агрессия – постоянное выстраивание иерархической лестницы провоцирует бесконечные стычки и демонстрации среди особей одного пола. Стайная, или территориальная – это когда две или больше стай патрулируют границы своей территории и защищают ее.

Межвидовая – выражается как в охоте на крупную дичь, так и как часть стайной – когда изгоняется крупное животное другого вида, возможно, представляющее опасность для стаи.

Материнская агрессия – защита детенышей от животных не только других видов, но очень часто и своего. Кошки и медведицы (не являясь стайными животными) вступают в схватки, часто смертельные, с самцами своего же вида. А самцы, набредя на котят или медвежат, тут же их убивают – чтобы покрыть самку и продолжить свой собственный род.

Перенесенная агрессия знакома многим. Когда возбужденные кобели дворняг, которых более сильные особи не подпускают к течной суке, облаивают ни в чем не повинных прохожих, а иногда и бросаются на них.

Охотничья – этот вид агрессии в комментариях не нуждается.

Оборонительная, или защитная, тоже – пример загнанной в угол крысы уже навяз в зубах и набил оскомину.

Итак – с чем из приведенного выше списка придется работать дрессировщику и хозяину, какую агрессию развивать и контролировать? Сразу несколько – исключая пищевую и материнскую. Хотя иногда, при работе с очень слабыми собаками, приходится использовать кость – но толк от таких защитников потом очень и очень небольшой.

В прикладной защитной дрессуре используется однозначно агрессия межвидовая, территориальная (стайная), охотничья. Оборонительная (собака прячется за хозяина и дает мелкие хватки, только когда уж совсем некуда деться) не желательна – если только не удается ее перевести в другой вид агрессии.

Некоторые знатоки, обещающие растравку и работу по человеку для собак любых пород, вполне успешно околпачивают хозяев, используя пищевую агрессию. В самом деле – не нужно быть семи пядей во лбу, что развить стремление голодной собаки защитить свою еду ( обычно крупную кость). Одновременно с бросками и хватками животного дается нужная команда, и возникший условный рефлекс – по команде нужно атаковать и кусать, иначе еда будет отобрана – успешно демонстрируется как защита хозяина. Хозяева, как правило, люди доверчивые, и никому не приходит в голову простая мысль – а не попробовать ли свою собаку в реальной ситуации, с другим человеком, без рукава и так далее? Ни в одном из перечисленных случаев животное работать не будет.

(Это касается пород, не предназначенных для охраны – гончие, лайки, борзые, легавые и т.д. Хотя с служебными собаками подобный метод, хоть и нежелательный – на мой взгляд – может использоваться.)

Итак – возвращаясь к началу главы – что должна делать собака на первых занятиях? Что должен делать хозяин? Что требуется от дрессировщика?

Для начала давайте разберем, чего делать нельзя

Небольшие проблемы могут возникнуть где‑то на третьем‑четвертом занятии по охране. Дело в том, что примерно в это время у собак пропадает начальная, скажем так, озверелость и задор. То есть если в самом начале работы собаки просто теряют голову при одном виде человека в защите, и стоит немалых трудов пресечь неразрешенные и неспровоцированные хватки и, соответственно, отработать выдержку.

К тому же, если собака должна остаться социально приемлемой, то есть не бросаться без повода на людей, хоть чем‑то напоминающих инструктора, и спокойно вести себя в любой обстановке, то приходится стоять рядом с собакой, беседовать с хозяином, прикасаться к нему защитой и так далее. В результате таких манипуляций у собак пропадает агрессия к инструктору и вся работа вполне может свестись к игре.

Фактически, именно это происходит на большинстве площадок. Яркий пример – здоровенный ротвейлер, который стащил рукав с фигуранта, но не продолжил работу по живому мясу, а сел, виляя обрубком хвоста, и стал буквально подавать рукав человеку. На его морде было явственно написано. » ну почему мы прекратили? Давай играть дальше.»

Это довольно опасный рубеж – с одной стороны есть опасность превратить собаку в неуправляемого зверя, с другой – перевести занятия в разряд приятной и полезной для здоровья игры. То есть собака получает хорошую физическую нагрузку (этакое перетягивание каната при помощи челюстей), при этом психика ее не подвергается каким‑либо ненужным для людей изменениям.

Может даже показаться, что для городской собаки это идеальный вариант…

Может быть. В том случае, если вы не выходите на улицу без оружия и в то же время у вас достаточно денег, чтобы содержать штат телохранителей. Тогда, пожалуй, вашей собаке действительно нужна просто физическая нагрузка, и игра с рукавом для этой цели подойдет как нельзя лучше.

Другое дело, если вам действительно нужен надежный и неподкупный телохранитель, которого может остановить только пуля – и то сразившая его наповал. Это не реклама, хотя рабочую собаку можно остановить в атаке только так – и если не попасть сразу, то потом у человека шансов будет не больше, чем у скрипача‑третьеклассника против дворовой банды подростков.

Именно в такой, реальной ситуации оценивается уровень способностей собаки и качество ее дрессировки. Рабочий пес не позволит себя ударить ножом, не позволит прицелиться из огнестрельного оружия. И даже не смертельная рана, коли уж удалось ее нанести, будет способствовать только еще более яростной работе.

Игрун – понятно, в каком контексте я употребляю это слово – убежит, поджав хвост, даже не от удара, а просто от грозного окрика. Самое большее, на что такие собаки способны – на грозный лай, прыжки вокруг дерущихся и, может быть, прикусывание за всякие несерьезные места.

И вина в том будет не собаки, а кинолога, который, вместо того, чтобы развить талант животного, превратил его в ненужную игривость.

То есть из среднестатистической собаки вполне можно создать отличную рабочую, не калеча ей при этом психику, но можно и наоборот.

Так вот, перекос и в ту, и в другую сторону может начаться примерно, как я уже говорил, на третье– четвертое занятие. Что делать?

Если собака проявляет излишнюю агрессивность – то есть не позволяет дрессировщику стоять рядом с хозяином в перерывах между хватками, заходясь в истерике, не может отпустить защиту после прекращения сопротивления, а если при помощи некоторых спец‑методов челюсти все же разжаты, тут же вцепляется снова – можно поступить двояко. С одной стороны, у собак такого типа можно добиться более‑менее спокойного поведения только после окончательной усталости – восемь, девять хваток на пределе физических сил – и только потом, когда челюсти животного уже оказываются работать, но стремление кусаться все еще есть, отрабатывать съем по прекращению сопротивления и выдержку.

При этом уже не стоит отрабатывать такой элемент, как работа по факту нападения на хозяина – удары без команды лучше провести в первую половину занятий, когда собака еще горит желанием работать.

Так вот, перед прекращением занятий можно дать несколько хваток без затягивания – только для того, чтобы собака, у которой уже прошла новизна и азарт, поняла, что если жертва перестала дергаться, то ее надо отпустить. Именно это требуется хозяину, который не забывает животное хвалить.

В некоторых случаях для прекращения хватки можно применить струю воды в нос. Это, пожалуй, единственный способ, эффективный для собак любых пород и действенный в любом состоянии животного. Собака разжимает челюсти, даже не поняв, что произошло, и некоторое время стоит с мутными глазами. Потом только, через минуту или несколько, она начинает реагировать на окружающее.

Важно запомнить, что перед тем, как использовать воду, нужно обязательно дать одну команду к съему ( Нельзя, брось, плюнь и так далее. Только не говорите –фу.– Мало того, что эту команду вбивают щенку с самого детства, добиваясь немедленного выполнения, так ее еще знают все, кому не лень. Мне много раз приходилось обламывать вполне рабочих собак, просто рявкнув –фу!! Точно так же себя ведут алкаши, хулиганы и т.д. хозяева о вреде всем известной жесткой запрещающей команды просто не задумываются.) и прекратить всякое сопротивление – это относится к кинологу.

Через некоторое время собака, не дожидаясь, пока в нос попадет вода, отпускает защиту по команде и прекращении сопротивления. Когда это достигнуто, хозяин должен увеличивать расстояние между собой и работающей собакой, добиваясь подхода к ноге (своей, естественно ) – как только животное отпустило защиту. Конечно, большинство собак подходит не сразу, некоторое время покусывая жгут и прокладку – но все‑таки потом подходят.

Примерно в это же время желательно вводить в работу фигурантов – если, конечно, карман клиента позволяет.

Четвертое– пятое занятие, как я уже говорил, рубеж довольно опасный – с одной стороны, новизна работы с кинологом пропадает, с другой – может возникнуть четкая ассоциативная связь между командами и работой по конкретному человеку.

Помощник возвращает интерес к работе, к тому же ситуация меняется кардинально – вместо одного, уже довольно привычного человека появляются два, соответственно нагрузка увеличивается в два раза, в два раза же увеличивается потребность принимать самостоятельные решения. Пусть пока на расстоянии в длину поводка.

Бывает так, что после появления фигуранта пес, который хорошо работал на привычного человека и показывал великолепную выдержку, вдруг срывается, как говориться, с цепи – неспровоцированные броски, истеричный лай, неподчинение, невозможность снять собаку с рукава и, как следствие, невозможность переключить его на второго инструктора. В этом случае можно следующее занятие провести в одиночку, потом опять пригласить помощника, потом, добившись от собаки нормальной работы с двумя фигурантами, сменить человека, потом начать работу втроем и так далее.

Опять же, нет правил без исключений – собственно, в доказательство этого и приведен весь помещенный выше текст – некоторые собаки к пятому занятию только– только начинают понимать, что от них хотят, некоторые, дав к нему хороший результат, на проверке в буквальном смысле возвращаются к результатам первого дня работы. То есть почти ничего не делают.

Вернемся к нашим баранам – то есть, к собакам. Разбираем второй вариант – когда у собаки не срываешь крышу от злости, а наоборот, она становиться чересчур спокойной воспринимает работу как игру.

Во– первых, надо уменьшить количество хваток, давая перед каждой сильный разогрев – дрессировщики знают, что это такое, во вторых – не очень затягивая укус, подхлестывать собаку по бокам и лапам прутиком. Главное, не переусердствовать – один мой помощник, которого я попросил это сделать, так хлестанул добермана, что потом тот навсегда отказался работать. Кто только к нему не приходил и как только его не раскачивали…

Одновременно с работой прутиком (который собака тоже не должна видеть) требуется хорошая и активная работа хозяев – то есть азартное, злое поощрение голосом и повторение команды, удары кинологу по рукаву, взъерошивание шерсти. Я не оговорился в определениях активной работы – смех и дурачество не позволяют собаке понять, что от нее требуется и, опять же, очень велик шанс превратить все в игру. Хозяин должен разозлиться на кинолога, и собака должна это почувствовать. В этом случае выдержка отрабатывается по минимуму – то есть собака не должна бросаться на дразнилу, едва только он вышел из укрытия, но и не спать, зевать, отвернувшись в сторону и занимаясь своими делами. Собака, будучи постоянно настороже, внимательно следит за человеком, который движется или стоит неподвижно, не делает непозволительных бросков и не расслабляется – вот идеальное поведение. Количество хваток в таком случае должно быть гораздо меньше и, действительно, лучше прекратить работу, когда собака еще имеет силы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *